Возрастные кризисы

Психолог центра «Архитектура будущего» Александра Чернышева рассказала нам о возрастных кризисах, которые подстерегают ребенка, а также дала советы родителям, как вести себя в каждый из них.

— Пресловутый подростковый кризис – единственный в жизни человека?

— Нет. В целом вся жизнь – это череда спокойных периодов и кризисов, но, конечно, в детском возрасте их больше, и подростковый кризис как раз один из завершающих.

— В чем основной психологический смысл любого кризиса, и чем он принципиально отличается от обычного состояния?

— Любой кризисный период отличается тем, что в этот момент у ребенка происходит перестройка психики, организма, иногда жизни в целом. По выходу из кризиса ребенок обладает либо новыми навыками, умениями, качествами, либо, если кризис не пройден, остается на предыдущем этапе, что может отражаться на дальнейшей жизни.

— То есть во время кризиса человек меняется, сдает определенный «экзамен» на получение новых свойств?

— Если очень сильно упрощать, то да. На самом деле это достаточно длительный период: не так, что сегодня к вам пришел кризис, а завтра вы проснулись новым человеком. Нет, это протяженный период, когда какие-то вещи перестают работать, и человек учится жить, чувствовать, реагировать по-другому.

— При каждом кризисе перед человеком встает какая-то актуальная проблема, которая требует решения?

— Скорее да. Мне не очень нравится идея, что проблема «встает». Это неосознанный процесс. Просто в какой-то момент родители отмечают, что поведение ребенка изменилось. В нем появилось что-то другое, чего не было раньше. Если брать пресловутый подростковый кризис, про который очень много говорят, практически все родители отмечали конфликтность ребенка. Может быть, не в отношениях внутри семьи, но с друзьями, близкими, когда ребенок, который вчера еще реагировал одним образом, внезапно начал реагировать по-новому.

— Как отличить кризис от изменений в личности и ошибок в воспитании?

— Да в принципе никак. Кризис – это тоже изменение личности. То, что у ребенка кризис, не означает, что нужно от него срочно отстать и перестать с ним взаимодействовать, уточнять, как у него дела, что он думает, чувствует. Скорее это маркер того, что ребенок взрослеет, меняется. Возможно, пора пересмотреть ваши отношения, что-то убрать или добавить.

— Расскажите, пожалуйста, об основных кризисах, которые подстерегают ребенка на протяжении его жизни.

— Если мы начинаем с самого начала, то первый кризис, про который обычно говорят, — это кризис первого года. Ребенок, изначально полностью зависимый от мамы, внезапно начинает сам познавать мир, вставать на ноги, ходить. И здесь, в зависимости от того, есть ли мама рядом, готова ли она при этом дать ему некоторое количество самостоятельности или нет, будет меняться отношение ребенка к миру. Будет ли он все трогать или всего бояться, узнавать мир, ориентируясь на маму, или прижиматься к ней и никуда от нее не отходить. Это еще называется базовым доверием к миру, о котором сейчас тоже много говорят.

— Как стоит вести себя маме, чтобы этот кризис прошел адекватно?

— Во-первых, давайте ребенку познавать мир. Если мы ему запрещаем все («Не стой!», «Не ходи!», «Не бегай!», «Не трогай!» и т.д.), то каким образом ребенок поймет, что хорошо, что плохо, что опасно, что безопасно? Стоит контролировать, безусловно, проверять, помогать ребенку, но при этом давать ему возможность познавать мир. Если он сидит в клетке, то он вряд ли сможет узнать что-то об этом мире.

— Следующий кризис – это..?

— Следующий очень известный кризис, про который написано много, а звучит еще больше, — это кризис трех лет. Практически все родители сталкивались с примером яркого негативизма, когда ребенок внезапно начинает очень жестко отстаивать свое «я», на все говорить «нет», выдвигать свою позицию.

В моей практике была девочка, которая на любое предложение делала ровно противоположное. Доходило до смешного. Если с ней хотелось о чем-то договориться, то ей нужно было предложить ровно противоположное действие. «Аня, стой!» — Аня бежит. «Аня, беги!» — Аня останавливается. Это тоже период проявления кризиса и да, безусловно, он не наступает ровно в три года. У кого-то раньше, у кого-то позже. В два с половиной ребенок начинает выдвигать первые требования.

Основной смысл кризиса – в том, что ребенок начинает осознавать себя в этом мире, и, если он не заявит о себе и своих интересах, то каким образом мир о нем узнает? Формирование самосознания как раз происходит в этот период. Ребенок начинает активно отделять себя от мира, переходит на употребление слова «я» по отношению к себе. И начинает отстаивать территорию: не хочет делиться игрушками, возражает против любого действия, которое ему не нравится.

— Как себя правильно вести в этот период?

— Для ребенка очень важны две составляющих: первая – это готовность родителя услышать мнение ребенка. С другой стороны – жесткие границы. Самое страшное, что мы как родители можем сделать, – это разрешить ребенку все. С другой стороны, если мы запретили ребенку все, то опять же ничего хорошего мы не получим, поскольку это развивающееся создание, которое должно пробовать этот мир, должно пробовать по-разному себя проявлять, должно заявлять о себе. Если заявлять о себе не получается, то, соответственно, возможны разные сложности. В принципе, кризис трех лет и кризис подросткового возраста между собой очень похожи. Только у ребеночка 14+ лет гораздо больше возможностей.

— Перейдем к следующему кризису.

— Следующий кризисный период – это возраст шести-семи лет, когда ребенок идет в школу. В этот период очень у многих ребят, особенно тех, кто имеет возможность общаться со сверстниками, то есть ходят в садик или на кружки, в речи появляются слова-паразиты, грубости, скабрезные шуточки, которыми они с удовольствием обмениваются. Это такой способ показать себя взрослым. Вспомните себя и шутки своего детства.

Основной выход из кризиса – это формирование произвольного внимания и готовности учиться. Но развитие этих навыков проходит через протест, негативизм, возмущение со стороны ребенка. У него может резко меняться настроение, он может агрессивно реагировать на запреты. Это все нормально и естественно.

Что касается проявлений «взрослости»: если мы слишком много внимания на это обращаем, все время тюкаем ребенка на тему того, как это стыдно, некрасиво, неприятно и так далее, мы добьемся ровно противоположного эффекта. Важно проговаривать, что вам неприятно слышать скабрезные шутки. Объясните, что между собой сверстники могут общаться по-разному, но это не всегда красиво и не очень вежливо, и, наверняка, не стоит выносить эти шутки за пределы дружеской компании.

Следующий период – это младший подростковый возраст. 11-13 лет. Здесь зачастую в последнее время есть такая тенденция, что он переживается ярче, чем основной кризис подросткового возраста. Дети акселерируются, это правда, и начинают активно заявлять о себе и в эмоциональном плане, и в психологическом, и в физиологическом тоже. Наши родители вспоминают себя и говорят, что в возрасте 11-12-13 лет были совсем детьми.

Следующее поколение было немножко взрослее, но тоже интересовалось разными детскими играми, детскими шалостями. Нынешнее поколение 11-13 лет уже активно пребывают во влюбленностях, переживаниях по поводу мальчиков, девочек, и это связано, в том числе, и с гормональными процессами.

Как только гормональный фон начал меняться, ребенку в этом мире становится очень интересно и очень непросто, поскольку детское привычное тело, знакомое с рождения, внезапно выдает какие-то импульсы, сигналы и интересы, с которыми он до этого момента не сталкивался. И это, безусловно, оказывает огромное влияние на все, что происходит с подростком. Когда в голове бушует гормональная буря, очень сложно самому сформулировать, чего ты хочешь. Подливают масла в огонь родители, которые считают тебя ребенком, сверстники, перед которыми не хочется выглядеть маленьким, ну и так далее.

Сейчас все признаки традиционного подросткового возраста мы можем наблюдать в 11-13 лет: отстаивание собственных прав, хлопанье дверьми, ссоры. Чем старше ребенок, тем больше свободы от родителей он требует, с одной стороны, с другой стороны, он все равно остается ребенком и очень хочет заботы, понимания, поддержки. Это абсурдная ситуация для родителей, и она тяжело им дается. Когда ребенок, с одной стороны, кричит: «Я взрослый, не трогайте меня!» — с другой стороны, хочет, чтобы от него ничего особо не требовали, подошли, обняли. Но, к сожалению, это подростки. И это так и будет. Поэтому важно выстраивать шаг за шагом отношения, с каждым годом уменьшая директивность и добавляя в отношения возможность обсуждения, дискуссии, объяснения мотивов.

— Подростковый кризис последний?

— Нет, конечно, есть кризисы и в дальнейшей жизни. То, о чем мы сейчас говорим с вами, это кризисы возрастные, кризисы развития. Дальше выделяют кризис отделения, самостоятельности. В среднем, это происходит в 21-22 года, когда юноши, девушки заканчивают обучение и выходят в самостоятельную жизнь.

Если вспоминать замечательного психолога Эрика Эриксона, который говорил про возрастные этапы и этапы взросления, то нас еще поджидают кризис среднего возраста и кризис старения. Также есть семейные кризисы, в том числе связанные с рождением детей. Отдельно есть кризисы жизненные, связанные с тяжелыми жизненными ситуациями, с утратами, с травмами.

— Успешное прохождение у ребенка в большей степени зависит от него самого, либо от родителей и ближайшего окружения?

— В сумме. Ребенок не может жить и адекватно социализироваться в обществе без родителей. Статистика успешной адаптации выпускников детских домов (около 10%), к сожалению, это доказывает. Безусловно, чем младше ребенок, тем меньше он способен справиться с кризисом без помощи и поддержки родителей, без грамотного реагирования родителей. Под грамотностью я понимаю адекватность решений. Если вы чувствуете, что малыш устал и поэтому сидит и плачет, важно его успокоить, а не наорать. Если вы чувствуете, что ребенок тянется все время к горячему чайнику, то лучше вместе попробовать аккуратно прикоснуться, почувствовать, что чайник горячий, чем каждый раз его отгонять. Кризисы даны в жизни, чтобы выходить на новую ступень, чтобы развиваться.

— Чем грозит неуспешное прохождение того или иного кризиса?

— Цитируя классиков, это скорее застревание на одной точке. Продолжая упоминать господина Эриксона, вспоминая нашего замечательного психолога Выготского, который тоже говорил про возрастные кризисы, если мы не переходим на следующую стадию, мы остаемся на предыдущем уровне. Мы не учимся чему-то новому, мы застреваем на каком-то моменте, не давая себе возможность развиваться. По опыту практики, как профессиональной, так и личной, если кризис подросткового возраста не пройден в подростковые годы, обычно он вылезает позже.

— Со всеми теми же характеристиками?

— Иногда с теми же, иногда возможностей побольше, поэтому с более яркими. Например, я помню однокурсников, которые приехали учиться из других городов и из-под контроля строгих родителей вышли в самостоятельный мир. Было достаточно страшно смотреть на то, что они устраивали, имея полную свободу и самостоятельность. Да, не все, да, не всегда, но кто-то просто всегда останется маленьким инфантильным ребенком, кто-то уйдет во все тяжкие позже, кто-то будет бояться сказать слово поперек, если какой-то кризис не пройден. Практически у нас у всех какой-то кризис не пройден, мы все живем в живом обществе, далеком от идеального. У всех у нас есть то, что мы называем личностными особенностями, включая комплексы, страхи. Часть из них связаны как раз с непрохождением каких-то этапов, когда побоялись, не отпустили, не смогли, не поддержали, рявкнули и так далее.

— Если очень сильно упростить, то если человек как-то капитально не прошел определенный кризис, то мы получаем не взрослого человека, а такого условно состарившегося ребенка, застрявшего на одной из стадий?

— Если очень упростить, то да, но опять же. Про подростковый кризис Лев Семенович Выготский говорил, что это возможность пройти кризисы, которые были не пройдены ранее. Поэтому следующий кризис — это возможность добрать что-то, что мы не добрали до этого момента.

— При этом надежда есть, если мне кажется, что мой ребенок в какой-то момент не прошел какой-то из кризисов, то это исправить?

— Да, безусловно, психика – гибкая вещь. Нет каких-то вещей, которые навсегда. По крайней мере, в большинстве своем. Есть периоды, когда это проще или когда сложнее. Но зачастую бывает так, что вроде все хорошо, и тут внезапно с ребенком что-то случается. Вопрос: почему случается? В теме приемных родителей, например, есть термин про открывшееся окно. Это когда ребенок, оказавшийся в семье после детского дома, внезапно начинает проживать непрожитый период своей жизни. Вести себя инфантильно или, наоборот, со всеми скандалить. В этот момент он выходит на новый уровень развития. Такое бывает и в жизни домашних детей, когда внезапно ребенок проснулся, и «его подменили», как иногда говорят родители. В таком случае подумайте, какие ситуации он может проигрывать и переживать. Но опять же говоря о кризисах, я не призываю в этот момент относиться к ребенку, как к хрустальной вазе. Это скорее маркер, чтобы посмотреть, какие рамки и границы ребенок уже перерос, что в ваших отношениях хорошо, что не очень.

— Свести дебет с кредитом и выработать новую стратегию?

— Да, что-то оставить, что-то укрепить, что-то выкинуть.

— В кризисные периоды, где родителям найти силы, чтобы не орать на ребенка, а проявлять адекватность и терпение?

— Мы все люди, мы все иногда повышаем голос. В этом нет ничего страшного, критичного и безнадежного. И ребенок живет в семье живых людей. Если ребенок растет в семье роботов, то это уже другая сфера, иногда полуклиническая, потому что ребенку нужно откуда-то брать эмоции и понимать, как это. Соответственно, если уж орем, то просто объясняем почему. Если чувствуем себя виноватыми – извиняемся.

Очень здорово, если родители в этот период имеют что-то помимо детей или конкретно этого ребенка. Если отношения с супругом, супругой крепкие, надежные и основанные на взаимной любви, то это огромный и ценный ресурс. В этом случае мы не только воспитываем ребенка, но и живем своей полноценной жизнью, и все проблемы переживаются легче.

Родителям стоит искать для себя хобби, увлечения, получать удовольствие от жизни. Иначе ребенок получает все время «замордованных» родителей, которые занимаются только тем, что его воспитывают. В принципе, до добра это еще никого не доводило и никакие отношения не укрепляло.

— То есть неплохо было бы иметь разные жизненные сферы, чтобы успех в одной мог временно сгладить неудачи в другой?

— Да, поддержку близких людей, свои интересы, хобби, увлечения. Интересный родитель будет ребенку интересен, помимо всего прочего. Мама, которая занимается только тем, что воспитывает подростка, ждет его домой, кормит его и ругает, — о чем поговорить с такой мамой?

Родитель — не только и не столько воспитатель, а помимо всего прочего еще и напарник, человек, с которым можно поговорить, поделиться какими-то своими переживаниями. Спросить что-то, услышать другое мнение. Если родитель интересен как личность, то значительно выше шансы, что отношения с ребенком будут хорошие. Мы же все тянемся к интересным людям.

— Несколько слов на прощание….

— Чем больше популяризируется психология, тем, с одной стороны, родители, люди больше узнают, появляется шанс воспитывать ребенка более осознанно, чем это делали предыдущие поколения. С другой стороны, культ под названием «это же ребенок», тоже ни к чему хорошему не приводил. Поэтому разумность хороша везде и с точки обсуждения возрастных кризисов тоже. Мы можем понимать, что происходит с ребенком, но оттого, что мы понимаем, мы не всегда можем что-то объективно сделать. Поэтому, ко всему прочему, главное беречь себя и сохранять спокойствие, все равно для наших детей лучшие родители – это их родители.